
дай, благословлю тебя - поскорее". - Я бросилась на колени, и положила его руку себе на голову. - - Он сказал: "Господь, награди ее; - господь, тебе ее поручаю". - - Он замолк - рука вдруг отяжелела. Я подумала, что он опять заснул, и несколько минут не смела шевельнуться. Вдруг вошел г. Кельц, снял с моей головы руку его - и сказал мне: "Теперь оставьте его, подите в свою комнату". - Я взглянула: отец лежал бледный и недвижный. - Вс° было кончено. Добрый г. Кельц целые два дня не выходил из нашего дома и вс° распорядил, потому что я была не в силах. - В последние дни я одна ходила за больным, некому было меня сменить. Часто я вспоминала о тебе и горько сожалела, что тебя с нами не было... Вчера я встала с постели и пошла было за гробом; но мне стало вдруг дурно. Я стала на колена, чтобы издали с ним прости<ться.> Фрау Ротберх сказала: какая комедиянтка! Вообрази, милая Анна, что слова эти возвратили мне силу. Я пошла за гробом удивительно легко. В церкве, мне казалось, было чрезвычайно светло, и вс° кругом меня шаталось. Я не плакала. Мне было душно, и мне вс° хотелось смеяться. Его снесли на кладбище, что за церковью св. Якова, и при мне опустили в могилу. Мне вдруг захотелось тогда ее разрыть, потому что я с ним не совсем простилась. Но многие еще гуляли по кладбищу, и я боялась, чтоб фрау Ротберх не сказала опять: какая комедьянка. Какая жестокость не позволять дочери проститься с мертвым отцом, как ей вздумается. Возвратясь домой, я нашла чужих людей, которые сказали мне, что надобно запечатать вс° имение - и бумаги покойного отца. Они оставили мне мою комнатку, только вынесли из нее вс°, кроме кровати и одного стула. - Завтра воскресение. - Я не обновлю твоей косынк<и>, но очень тебя за нее благодарю. Кланяюсь твоему мужу, Франка и <Ми>ни цалую. Прощай. Пишу стоя у окошка, а чернильницу заняла у соседей.
Марья Ш.<онинг> к Анне Г.<арлин.>
Милая Анна.
Вчера пришел ко мне чиновник и объявил, что вс° имение покойного отца моего должно продаваться с публичного торгу, в пользу городовой казны, за то, что он был обложен не по состоянию, и что по описи имения оказался он гораздо богаче, нежели думали.